October 28th, 2017

Диспансеризация не имеет никакого отношения к здоровью

Эксперты вновь заговорили о неэффективности реализуемых государством профилактических программ. По данным, которые привел член Центрального штаба ОНФ, директор Фонда независимого мониторинга «Здоровье» Эдуард Гаврилов, в прошлом году из общего числа впервые выявленных заболеваний в ходе массового скрининга было выявлено всего 3,4%.

диспансеризация не имеет никакого отношения к здоровью

По мнению эксперта, такая ситуация сложилась, в том числе, из-за так называемой оптимизации медицинских организаций, которую проводит Минздрав России с 2014 года. «Оптимизация существенно затронула и первичное звено здравоохранения, при этом сильно пострадала профилактическая работа, которая преимущественно проводится именно в амбулаторных условиях. Так, число профилактических посещений врачей с 2014 по 2016 год сократилось почти на 50 млн (14,3%). Несмотря на очевидное, на наш взгляд, снижение показателей доступности амбулаторной помощи, руководство ведомства продолжает заявлять, что профилактическая работа с населением является его приоритетом», - отметил Эдуард Гаврилов.

Он считает, что начатые в ходе приоритетного национального проекта «Здоровье» мероприятия по диспансеризации населения результатов не принесли. Так, например, число посещений центров здоровья, которые изначально задумывались как флагманы профилактической работы, сократилось за 2015 год вдвое. В 2016 году эта негативная тенденция сохранялась. В особенности в фонде отмечают снижение доступности первичной помощи для пожилых людей: число посещений врача среди этой возрастной группы снизилось в 2015 году по сравнению с 2011-м на 26,3%.

Объем посещений с профилактической целью в рамках диспансеризации за два года снизился на 11,4 млн (23%). При этом целевой показатель по охвату взрослого населения диспансеризацией ежегодно не исполнялся. В 2016 году фактический показатель составил 18%, в 2015-м – 18,2%, в 2014-м – 17,7% (при целевом показателе в 23%). «В 2014 году из общего числа впервые выявленных заболеваний на диспансеризации было выявлено только 6,1%. В 2015-м цифры стали еще меньше – 3,9%, а в 2016-м - 3,4%. Это говорит о том, что диспансеризация в своем нынешнем виде абсолютно неэффективна», - подчеркнул директор фонда «Здоровье».

На его взгляд, по сути, регионы занимаются не диспансеризацией населения, а массовыми приписками. А меры по первичной профилактике заболеваний, которые реализует Минздрав, ограничиваются преимущественно размещением отдельных роликов в СМИ, разрозненными мероприятиями по информированию о негативном влиянии отдельных вредных привычек.

«На самом деле вы просто не представляете, насколько громадны усилия первичного звена здравоохранения для проведения этой самой диспансеризации. Это хлопотно, этого не хотят люди, это сложно организовать, это получается еще более ли менее успешно в крупных больницах. И если в больнице нет медицинского оборудования для проведения первого и второго этапа диспансеризации, маммографа нет, а флюорографическая установка сломана, это просто невозможно. Трудно объяснить людям, что они должны пройти скрининг. Что им необходимо из своего поселка приехать в соседний город на биохимическое исследование, чтобы случай диспансеризации был засчитан лечебному учреждению», - рассказал один из организаторов здравоохранения в регионе, пожелавший остаться неизвестным.

Отсюда пресловутые приписки - с руководителей ЛПУ требуют отчетов об обследованных пациентах. К тому же эти дополнительные деньги служат прибавкой к небольшим зарплатам врачей.

Наш собеседник соглашается, что приводимые фондом «Здоровье» данные о неэффективности диспансеризации не дают представления о реальной заболеваемости, а тем более излечиваемости: даже если у человека будет выявлено заболевание на ранней стадии, не факт, что он получит качественное лечение. «У нас, по сути, эта технология действует как гигантский массовый скрининг населения всей страны на все, съедая попутно и без того скудные ресурсы системы здравоохранения. Ну, не должна вся страна писать в баночку… Почему-то считается, что кардиохирургия - это сложно, а вот профилактика - это просто. Ну, вот возьми человека с улицы и он у тебя через 15 минут станет специалистом в области профилактики. На самом деле это не так. Профилактикой заниматься не менее сложно, это отдельная специальность, требующая специального образования, которое получить в России не представляется возможным. Это не те технологии, которые оздоравливают наше население. Правильнее сказать, эта технология, которая вообще не имеет никакого отношения к здоровью», - заключил эксперт.

Автор: Татьяна Бескаравайная


Ссылка на источник

promo alev_biz 20:36, tuesday 1
Buy for 20 tokens
1 октября открывает свои двери международный Новогодний проект «Добрые письма». Это ежегодный марафон Снегурочек и Дедушек Морозов, которые спешат поздравить с новогодним торжеством маленьких участников проекта – детишек с тяжелыми заболеваниями. Благодаря добрым и…

Даже один эпизод депрессии повышает риск ранней смерти

Масштабное многолетнее исследование подтвердило, что у людей, в жизни которых был хотя бы один серьезный депрессивный эпизод, значительно выше риск ранней смертности. Причем этот риск выше для женщин.

даже один эпизод депрессии повышает риск ранней смерти

Депрессия является одним из наиболее распространенных психических расстройств среди взрослых в развитых странах. Например, согласно данным, предоставленным Национальным институтом психического здоровья США, у 6,7% взрослого населения Америки за год наблюдается по крайней мере один серьезный депрессивный эпизод.

О наличии депрессивного эпизода можно говорить в том случае, когда пять или более из следующих симптомов постоянно присутствуют в течение 2 недель:

  • подавленное настроение

  • потеря удовольствия от действий, которые обычно были приятными

  • резкая потеря веса или увеличение веса

  • бессонница или просыпание

  • ненормальное физическое возбуждение или медлительность

  • усталость

  • чувство вины или бесполезности

  • невозможность сосредоточиться

  • повторяющиеся мысли о смерти


Существующие исследования уже связали депрессию с повышенным риском сердечно-сосудистых заболеваний и внезапной смерти, особенно у женщин.

Результаты нового исследования, опубликованные в Canadian Medical Association Journal, доказали, что серьезные депрессивные эпизоды – важный фактор риска ранней смерти как для мужчин, так и для женщин.

Исследование проводилось учеными из нескольких учреждений США и Канады, в том числе из Национального института детского здоровья и развития человекаЮнис Кеннеди Шрайвер (Eunice Kennedy Shriver National Institute of Child Health and Human Development) и Школы эпидемиологии в Оттавском университете (School of Epidemiology at the University of Ottawa in Ontario).

«В настоящее время стигматизация расстройств, связанных с депрессией, постепенно уменьшается, становятся доступными лучшие методы ее лечения, но связь депрессии с риском преждевременной смерти по-прежнему сохраняется. Сначала такая корреляция была ограничена мужчинами, но недавно она была установлена и в отношении женщин», - рассказал соавтор исследования, доктор Стивен Гилман.

60 лет наблюдений

Группа ученых проанализировала данные, полученные во время тестирования 3410 взрослых. Исследователи поставили цель выяснить, насколько депрессия связана с повышенным риском смертности, и различается ли этот риск для мужчин и женщин.

Исследование продолжалось более 60 лет, и в течение этого времени были проанализированы данные участников, сгруппированных по трем отдельным периодам: 1952-1967 (1 003 участника), 1968-1990 (1203 участника) и 1991-2011 (1402 участника). Средний возраст участников на момент регистрации составлял 49 лет. Оказалось, что четкая связь между диагнозом «депрессия» и значительно повышенным риском ранней смерти была отмечена у мужчин в течение всех трех периодов. Однако для женщин связь между депрессией и риском смерти начала прослеживаться только с начала 1990-х годов.

Кроме того, ученые выяснили, что наиболее серьезный риск смерти возникает сразу же после депрессивного эпизода, но этот риск может быть предотвращен путем улучшения психического здоровья человека. «Наши результаты показывают, что депрессивный эпизод дает повышенный риск смерти, который со временем уменьшается, если не возникает рецидива депрессии. В случае рецидива риск остается повышенным», - заключают авторы исследования.

Повышенный риск смерти среди молодежи

Ученые также заметили, как продолжительность жизни пациентов, страдающих депрессией, сокращалась из поколения в поколение.

«Продолжительность жизни молодых людей с депрессией в возрасте 25 лет была значительно короче. Молодые пациенты с депрессией теряли в среднем от 10 до 12 лет жизни в первой группе, от 4 до 7 лет во второй группе и от 7 до 18 лет в третьей», - рассказал соавтор исследования, доктор Ян Колман.

Повышенный риск смерти среди женщин

Кроме того, исследователи обнаружили резкое увеличение риска смерти среди женщин с депрессией в третьей исследуемой группе. «Наиболее тревожным является 50% увеличение риска смерти для женщин с депрессией в период с 1992 по 2011 год», - пояснил доктор Колман.

Ученые предположили, что для женщин повышенный риск смерти, связанный с депрессией, может объясняться ростом их обязанностей и ответственности в последние десятилетия. «За последние 20 лет социальные и экономические роли женщин, как в домашней среде, так и на работе, претерпели резкие изменения. Большинство женщин приняли повышенную нагрузку и страдают из-за давления общественных ожиданий», - заключают авторы исследования.

Автор: Юлия Бондарь


Ссылка на источник

Лабораторная эволюция помогла усовершенствовать метод генного редактирования

С помощью естественного отбора удалось получить новый белок, исправляющий одни генетические буквы в ДНК на другие.



лабораторная эволюция помогла усовершенствовать метод генного редактирования
В молекуле ДНК генетические буквы в обеих цепях стоят строго напротив своих напарников: аденин напротив тимина,
гуанин напротив цитозина.

Среди методов редактирования генома сейчас самый популярный – метод CRISPR/Cas, о котором мы неоднократно рассказывали. Вкратце суть его такова: в клетку запускается особый белок (Cas), который режет ДНК там, где необходимо внести какие-то изменения – например, устранить мутацию. Белок ищет правильный адрес с помощью молекулы РНК, которую синтезируют специально для эксперимента и которую он держит при себе. Молекула РНК находит в клеточной ДНК нужную последовательность, после чего белок, как мы только что сказали, режет здесь обе нити ДНК. Разрыв привлекает клеточные ремонтные машины, которые стараются исправить повреждение. Исправляя, он заменяют поврежденный кусок ДНК на новый, но для этого нужен какой-то шаблон, по которому можно сделать «заплатку». Таким шаблоном может быть парная хромосома, на которой нет мутации, или опять же специально синтезированная небольшая ДНК, которую мы запускаем в клетку вместе со всей CRISPR-машинерией.



лабораторная эволюция помогла усовершенствовать метод генного редактирования
Структура белка Cas из противовирусной системы CRISPR/Cas, который режет ДНК для редактирующего ремонта;
ранжевым обозначена ДНК, с которой связался редактирующий фермент.

Метод удобен тем, что редактирующий аппарат можно легко направить на любую последовательность – сделать нужную молекулу РНК с адресом очень легко. Однако есть вероятность, что в ДНК появятся непредусмотренные изменения, и появятся именно из-за разрезания/ремонта. Поэтому биотехнологи модифицировали режущий белок в CRISPR/Cas так, чтобы он не резал обе нити ДНК, а просто садился на нужное место. А вместе с ним сюда приходит другой белок, который прямо в ДНК превращает одну генетическую букву в другую.

Как мы знаем, ДНК (и РНК) представляют собой длиннейшие последовательности четырех азотистых оснований – сложных молекул, которые вполне можно называть генетическими буквами (основания прикреплены с сахаро-фосфатной основе, но нам сейчас это не важно). Нуклеотиды обозначаются буквами А (аденин), Т (тимин), Г (гуанин) и Ц (цитозин), и в двух цепях ДНК напротив Г всегда будет стоять Ц, а напротив А – Т. Если мы поменяем Ц на Т, то в молекуле ДНК возникнет напряженность, поскольку напротив новоявленного Т будет стоять не его законная пара – аденин, а оставшийся гуанин. И в таком случае клетка старается исправить последовательность, восстановить правильное спаривание.

Белок, который превращает одну букву в другую и который мы вносим в клетку вместе с системой CRISPR/Cas, называется цитидин дезаминаза. Детально о ней говорить мы не будем, скажем лишь, что с ее помощью можно точечно изменить букву С на букву Т. Здесь, повторим, не нужно рвать обе цепи ДНК, а потом по шаблону делать большую «заплатку» на поврежденное место. Просто пара цитозин–гуанин меняется на пару тимин–аденин, поэтому посторонних ошибок в окрестностях редактируемого адреса тут не случается. Но исправление С на Т – лишь одно из теоретически возможных. Однако так вышло, что сделать другое изменение, превратить букву А в букву Г, до сих пор было нельзя, соответствующего фермента не существовало в природе.

Николь Гауделли (Nicole M. Gaudelli) и ее коллегам из Гарварда удалось получить такой фермент, и замечательно то, что получали они его с помощью эволюции. У кишечной палочки есть белок, который превращает аденин в инозин – это еще одно азотистое основание, которое очень похоже на гуанин. Однако бактериальный фермент работает только с РНК, и заставить его работать с ДНК пока никому не удавалось.

Тогда исследователи пошли на хитрость. Они снабдили бактерий мутантным геном устойчивости к антибиотику хлорамфениколу: чтобы ген устойчивости начал работать, в нем было заменить А на инозин. Кишечную палочку заставляли расти в питательной среде с антибиотиком и ждали, когда в тот белок, который меняет аденин на инозин в РНК, попадет мутация, которая позволила бы ему сделать то же самое в ДНК – с таким мутантным белком бактерии могли бы выжить в присутствии антибиотика.

В итоге под давлением отбора нужный белок у бактерий появился, и его даже удалось тем же путем усовершенствовать – так, чтобы он менял нуклеотиды в любом контексте (то есть вне зависимости от того, какие у него рядом соседи), и чтобы он был достаточно эффективен. Можно сказать, эволюция, которая у бактерий идет намного быстрее, сделала для биологов бо́льшую часть работы.

Новый фермент работает не только в бактериальных, но и в человеческих клетках, причем никаких посторонних исправлений в редактируемом фрагменте ДНК не появляется. То, что он превращает аденин не в сам гуанин, а в близкий нуклеотид инозин, на самом деле не страшно – другие клеточные машины, обнаружив инозин в ДНК, сделают в этом месте гуанин. В статье в Nature говорится, что полученный в результате лабораторной эволюции белок сумел исправить в клеточной культуре настоящую вредную мутацию, из-за которой возникает наследственный гемохроматоз – болезнь, связанная с нарушениями в усвоении железа организмом. Эффективность замены составляет пока что 30%, но в перспективе авторы работы надеются ее повысить. Очевидно, с помощью «эволюционного» метода можно получить редактирующие ферменты и для обратных замен (чтобы превращать гуанин в цитозин, а аденин в тимин), и тогда мы станем еще на несколько шагов ближе к созданию точной и универсальной генной терапии.

По материалам The Scientist.

Автор: Кирилл Стасевич

Ссылка на источник

Крабы на Прозаке

Зеленые крабы, наглотавшись антидепрессанта, демонстрируют ненужную храбрость и презрение к опасности.

Крабы на Прозаке

Исследователи из Калифорнийского университета в Санта-Барбаре пишут в своей статье в Ecology and Evolution, что крабы, попробовав Прозак, перестают прятаться от хищников. Прозак, или флуоксетин, – один из самых известных антидепрессантов. Он относится к селективным ингибиторам обратного захвата серотонина; считается, что вещества этого класса влияют на динамику серотонина в нервных центрах, отвечающих за эмоции и мотивацию. Точный механизм того, как они действуют, до сих пор не вполне понятен, но, так или иначе, многим людям они действительно помогают.

Однако и Прозак, и многие другие лекарства, рано или поздно оказываются во внешней среде, и вовсе не факт, что они безобидны для животных и растений. Сейчас экологи все чаще часто говорят о лекарственном загрязнении, хотя тут чаще всего обсуждают гормональные препараты, которые появляются в реке или море и как-то влияют на рыб. Что до Прозака, то его и раньше испытывали на крабах, и, в частности, удалось выяснить, что он сказывается на их режиме линьки, на брачном и на пищевом поведении и на суточных ритмах.

Джозеф Питерс (Joseph R. Peters) и его коллеги пополнили список поведенческих аномалий крабов под Прозаком. Обычно подобные эксперименты ставят в аквариумах, и в таких случаях всегда возникает вопрос, насколько лабораторные условия соответствуют тому, что происходит в природе: ведь лекарственное вещество, попадая в океан, разбавляется до практически незаметных концентраций, и будет ли от него тогда хоть какой-то эффект? Но на этот раз исследователи воспользовались надежными данными о том, что, несмотря на разбавление, в прибрежных водах вблизи крупных городов концентрация Прозака составляет 300 нанограмм (нг) на литр; для эксперимента же взяли концентрации не 300 нг/л, а 3 нг/л и 30 нг/л.

Зеленые крабы Hemigrapsus oregonensis жили в аквариумах по три: самка и два самца, покрупнее и помельче. Время от времени к ним подсаживали хищного краба Cancer productus, который мог напасть на H. oregonensis – но оказалось, что крабов в аквариуме с 30 нг/л Прозака хищник беспокоит мало. Они продолжали ходить и искать пищу, несмотря на непосредственную опасность, соответственно, C. productus нападали на них и съедали.

Кроме того, крабы под Прозаком часто активничали днем, хотя днем они обычно прячутся под камнями, и часто дрались между собой, причем драка нередко заканчивалась смертью одного из них. Иными словами, крабы становились более рисковыми и более храбрыми, и если смотреть с экологической точки зрения, это не очень хорошо – популяции рисковых и храбрых крабов могут вообще исчезнуть с побережий. Эффект от Прозака длился 7–9 недель – при том, что концентрация его была в десять раз меньше, чем на настоящем побережье. Влияет ли антидепрессант на поведение других морских членистоногих (и не только членистоногих) и какой именно у него механизм действия еще предстоит выяснить, но, так или иначе, уже сейчас хорошо бы было подумать о том, как лучше очищать сточные воды от наших лекарств.

Также, ранее мы писали о воздействии стоков, содержащие снотворные и успокоительные средства, на поведение рыб в реках и морях.

По материалам LiveScience.

Автор: Кирилл Стасевич


Ссылка на источник

Во Франции одобрили клинические испытания бионических глаз

Национальное агентство по безопасности лекарственных средств и изделий медицинского назначения Франции (ANSM) одобрило клинические испытания имплантата PRIMA, который разработан компанией Pixium Vision для восстановления зрения на пациентах, страдающих сухой макулодистрофией в поздних стадиях. Предполагается, что в испытаниях будут участвовать пять пациентов, первому из которых чип имплантируют до конца 2017 года. Об этом сообщается в пресс-релизе компании.

Во Франции одобрили клинические испытания бионических глаз

При макулодистрофии из-за нарушения питания сетчатки ее часть, отвечающая за центральное зрение, начинает разрушаться, и в некоторых случаях человек может лишиться центрального зрения, оставшись с замутненным периферийным. Эта группа заболеваний чаще всего проявляется у пожилых людей.

В 2016 году Pixium Vision начала испытания предыдущей версии имплантата, который вживлялся под сетчатку, и передавал сигналы в глазной нерв. Компания испытывала его на пациентах с пигментным ретинитом, колбочко-палочковой дистрофией и хороидермией. Теперь Pixium Vision заявила о разработке нового имплантата под названием PRIMA для пациентов с поздними стадиями сухой макулодистрофии.

Как и прошлая разработка, PRIMA работает в паре с очками, которые снимают обстановку перед пациентом с помощью камер, а затем передают ее с помощью инфракрасных сигналов на сам имплантат. Эти сигналы несут в себе как непосредственно данные, которые чип затем передает в зрительный нерв, так и энергию для его питания. Чип размером два на два миллиметра и толщиной в 30 микрометров имеет 378 электродов.

Кроме презентации устройства компания также заявила, что уже получила разрешение от властей Франции на клинические испытания таких чипов. В исследовании примут участие пять пациентов, общий срок наблюдения за ними составит три года. Компания планирует провести имплантацию первому из добровольцев до конца 2017 года.

Недавно о клинических испытаниях восстанавливающих зрение имплантатов сообщил и другой производитель — Second Sight. Компания получила одобрение Министерства здравоохранения США, и так же запланировала начало испытаний на конец 2017 года. Стоит отметить, что этот чип работает по другому принципу, и передает сигналы в область первичной зрительной коры, а не в зрительный нерв.

Автор: Григорий Копиев


Ссылка на источник

Пьяные птицы путаются в песнях

Выпив лишнего, человек начинает путаться в словах, что бывает особенно заметно, когда он начинает петь. Как оказалось, слова в песнях спьяну забывают не только люди, но и птицы.

пьяные птицы путаются в песнях

Исследователи из Oregon Health & Science University (США) заметили, что зебровые амадины, хлебнув спиртного, начинают петь не очень аккуратно и чисто. В эксперименте одних птиц поили обычным виноградным соком, а других – тем же соком, но с добавкой этилового спирта. В статье в PLoS ONE Кристофер Олсон (Christopher R. Olson) и его коллеги пишут, что алкоголь довольно заметно влиял на вокальные способности птиц, и в первую очередь это было чувствовалось по звуковой амплитуде и возрастающей энтропии песенных фраз. Иными словами, амадины начинали петь тише, и последовательность звуков в песнях расшатывалась – птицы в буквальном смысле путались в «тексте» и нечётко пропевали «слова». Притом некоторые параметры песен оставались стабильными, несмотря на опьянение птичек: некоторые слоги они произносили всё же более внятно, чем другие. Что любопытно, на поведении амадин алкоголь практически не сказывался, то есть их не клонило в сон, они не теряли равновесие и вполне адекватно контролировали свои движения.

Возникает естественный вопрос, зачем понадобилось проводить такой экстравагантный эксперимент. Как бы странно ни звучало такое объяснение, но, изучая пьяных птиц, мы сможем больше узнать о том, как алкоголь действует на наш мозг. До сих пор опьянение изучали и изучают на лабораторных крысах или приматах, а полученные данные потом экстраполируют на человека. Однако ни у грызунов, ни у приматов нет такого развитого голосового аппарата, как у нас с вами. Но легко догадаться, кто может в этом смысле сравниться с человеком – птицы. Действительно, считается, что речевой аппарат у нас и у пернатых функционирует во многом сходным образом, не только на уровне нейронного контроля, но и на уровне сложных поведенческих реакций. Например, и мы, и амадины учимся сложным звуковым последовательностям от окружающих: маленькие дети – у родителей, маленькие птенцы – у отцов (у амадин только самцы поют много и сложно).

Поэтому, исследуя пьяные песни амадин, мы, возможно, сумеем больше узнать не только о влиянии алкоголя на нервную систему, но и вообще о том, как функционирую нейронные механизмы, контролирующие нашу речь.

Автор: Кирилл Стасевич


Ссылка на источник

Помощь должна быть доступна всегда, только тогда она имеет смысл

Главный врач хосписа в Самаре — о том, почему так важна паллиативная помощь на дому, нужно ли говорить о смерти, и должен ли врач давать пациентам свой номер мобильного.



помощь должна быть доступна всегда, только тогда она имеет смысл
Главный врач «Самарского хосписа» Ольга Осетрова

Москва интенсивно выстраивает систему паллиативной помощи. Еще несколько лет назад столица могла похвастаться только Первым московским хосписом, однако сегодня таких учреждений уже около десятка. Между тем далеко не во всех регионах паллиативная помощь доступна. Есть области, где чиновники совсем недавно услышали этот термин и понимают его по-своему, но есть и передовики. Самарская область — на хорошем счету: здесь делают упор на амбулаторную паллиативную помощь, что зачастую неизмеримо лучше для пациента и родственников.

Амбулаторная помощь в сочетании со стационаром — мировой стандарт. За рубежом около 80% паллиативных пациентов ведут на дому. Однако в российском законодательстве акцент на это не сделан, так что в каком-то смысле Самара опережает всю страну. Мы попросили главного врача «Самарского хосписа» Ольгу Осетрову рассказать, как организована система ведения больных, и насколько она эффективна.

Никто из нас не захочет три-четыре последних месяца своей жизни провести в стационаре, даже в самом лучшем. Из нашей практики, лишь один из пяти человек по собственному желанию выбирает госпитализацию. Основная часть работы нашего хосписа — именно выездная служба, своего рода стационар на дому, в котором мы можем вести одновременно до пятидесяти человек. «Мы» — это два врача и четыре медсестры. На одну из них приходится от десяти до двенадцати пациентов.

Часто ли врач должен посещать пациента дома? В какой-то период приходить к больному два раза в неделю вполне достаточно. Но по мере того, как состояние меняется, случается, что и два раза в день у него побываешь. Так было, например, в минувшую пятницу, когда наш врач посетила пациента и утром и вечером. А на следующий день, в 10 утра, он скончался. Мы ведем практически только онкологических больных, ведь именно при этой болезни человек уходит очень быстро. Другие неизлечимые пациенты «тлеют», а эти — «горят».

В нашем стационаре всего четыре одноместные палаты. На большее мы пока не можем даже претендовать, потому что койко-день стоит около 4500 рублей. Государство компенсирует только 1740 рублей: мы получаем субсидию от Минздрава как социально ориентированная некоммерческая организация. Наверное, мы стали первым в России некоммерческим хосписом, который именно субсидируется по итогам конкурса для НКО на оказание паллиативной помощи, и работает почти двадцать лет. Государственные деньги составляют чуть больше половины нашего бюджета. Также нам помогают разные организации, многие — совсем небольшие, их около семидесяти. Кто-то жертвует тысячу рублей, кто-то десять. Активно помогает Фонд помощи хосписам «Вера». В прошлом году оттуда пришло помощи на более чем 2,5 млн рублей — не деньгами, а средствами ухода, аппаратурой, лекарствами.

Вообще, всем хосписам постоянно нужна поддержка расходными материалами: пеленки, маски, перчатки, памперсы. Их много никогда не бывает.

В нашем хосписе помощь бесплатная. Пока пациент у нас наблюдается, запрещено принимать от него пожертвования, и в том числе от его близких. Случается, так, что после ухода близкого человека, родственники начинают помогать другим, участвовать в «эстафете помощи». Но это лишь один человек из ста.

У нас есть благотворитель — Таня. В 2009 году мы вели ее папу, и после этого она стала поддерживать хоспис. В этом году заболела мама, я побывала у них дома и была поражена тем, как Таня находила средства помогать нам в течение восьми лет. У них даже стиральная машина — старенькая «Вятка-автомат», а холодильник с ручкой, которая тянется на себя; таких уже не выпускают! Мы попросили не перечислять пока по тысяче рублей в месяц, ведь им так сейчас трудно. А Таня ответила: «Есть люди, которым хуже, чем нам».

На прошлой неделе позвонил водитель такси. Сказал, что хочет помочь, но денег особо нет. Я говорю: «А врачей и медсестер сможете отвозить? Делать одну поездку в день?» Он сказал, что да.

Так что помогают не состоятельные, помогают зрелые. В социальных сетях у нас поиск средств идет плохо, по крайней мере пока. В прошлом году я написала, что пациенты к Новому году ждут мандаринов, — откликнулась и пришла одна женщина… Соцсети — отдельный метод сбора средств, которым нужно заниматься серьезно, профессионально и постоянно. А мы лишь делаем первые неуверенные шаги.

Интересно, как устроена психология сочувствия. Кому люди помогают охотнее? Года три назад я прочитала один социологический опрос. В первую очередь, помогают болеющим детям (и замечательно, что это так), затем — животным, бездомным или из Красной книги, затем — бомжам. И только по остаточному принципу люди склонны помочь неизлечимо больному взрослому. Порой от потенциального благотворителя слышишь: «Пускай этих людей содержат их дети, я своим родителям никогда не дам находиться в хосписе». И, если человек так говорит, сразу понимаешь, что аргументов для него не подобрать пока. Он сам должен морально вырасти. Правда, благодаря работе многих людей и фондов, особенно «Вера», «Подари жизнь», «Старость в радость», ситуация меняется.

К сожалению, до сих пор в нашей культуре тема смерти и страданий табуирована. Я сама лет двадцать назад думала, что это правильно. Не брать детей на похороны — правильно? Правильно. Человек больной, его лучше не беспокоить. Правильно? Правильно. Веселую музыку в хосписе не играть? Не играть, это правильно. А на самом деле — нет. Наверное, при мыслях о страданиях и смерти как будто запускается какой-то защитный механизм. Но как верующий человек, я понимаю, что уход — это не конец, а этап. И этот этап на самом деле — есть кульминация жизни, он имеет особое значение. В самый первый визит, при заполнении амбулаторной карты, мы в том числе задаем и вопрос о вере, является ли человек верующим. Записываем: православный, мусульманин, иудей. Это крайне важно для понимания, как строить отношения, чтобы не допустить того, что человека может расстроить или обидеть. Если человек говорит, что верующим никогда не был, но хотел бы пообщаться с представителем церкви, может прийти наш волонтер-священник.

В нашем хосписе врачи дают номер сотового телефона пациентам, хотя по всем канонам так делать нельзя. Происходит быстрое профессиональное выгорание. И тем не менее мы так делаем. Если ты помогаешь по-настоящему, подключая не только голову, но и сердце, то вы — уже больше, чем просто врач и пациент. Сопровождать такого больного трудно, но ты гораздо меньше травмирован, если имеешь возможность помочь до конца, помочь в момент смерти и таким образом проститься с человеком.

Намного тяжелее, когда ты лечил пациента, заботился от всей души, а в понедельник звонишь, и тебе говорят: «Он умер в воскресенье. Ему было плохо, мы не знали, что делать, и никто не помог даже словом». И ты думаешь, что вся работа пошла прахом, и себя упрекаешь, что исчез в самый важный момент. Помощь должна быть доступна всегда, только тогда она имеет смысл.

Подготовила Татьяна Фрейденссон

Ссылка на источник